Наша семейная история

[aena_alone]

Вытащила из каментов в уже не дружественном ЖЖ, потому как не хочу, чтобы пропало.
Там зашёл разговор про старших родственников, я тоже рассказала про своих.

Еврейская сторона моей семьи революцию приняла с зубовным скрежетом. Но приняла. И даже умудрилась вписаться в ситуацию. Хотя по рассказам, неприятное было время — "дров нет, клиент бедный, чтобы кушать, надо крутиться, и за день раз десять надо сказать, что таки да, ты сочувствуешь новой власти". Это моя прабабка рассказывала со слов своих родителей. Она умерла прошлой весной[в 2010 году] в возрасте 104 лет. А вот прадед мой Моисей, её старший брат, действительно искренне принял революцию. Естественно, в самой революции не участвовал, молодой был; а вот потом, по рассказам, ходил весь такой серьёзный, с наганом и в чёртовой коже. И уехал помогать советской власти аж на Камчатку. Там женился на дочери раввина (больше ничего об этой прабабке не знаю, но красивая была)и довольно быстро произвёл сына. Так в наш род влилась забавная наследственность камчадальских евреев и прижилось имя Павел, для московской общины нетипичное. Этот самый Павел Моисеевич, мой дед, довольно рано пошёл работать в заготсырьё, мотался по разной глуши сначала на Камчатке, потом в Хабаровском крае, был полуграмотен (среднюю школу закончил уже после Великой Отечественной) и искренне любил свою бродяжью жизнь и свою работу. Первая Мировая прошла мимо него; а вот в Отечественную он оказался на Японском фронте в разведроте. Рассказывать об этом очень не любил; но умел носить японошмотки и прилично знал японский. (И приохотил меня к японщине.) А потом их часть чего-то перебросили ажно под Самару; и там дед мой увидел зенитчицу Шурочку Траубе, москвичку и комсомолку. И пропал. И добился каким-то образом перевода в часть к Шурочке. И после войны приехал в Москву, не стал домой возвращаться. Женился и привёл молодую жену к родственникам-москвичам. Родственники удивились, но потеснились. Родственники (и Шурочка) ещё более удивились, когда через небольшое время после войны Паша смотался-таки в Хабаровский край и привёз оттуда своего маленького сына Эрика (в честь какого-то немца из "бывших"назвал, с которым работал вместе), на лицо — ну совсем японца)) От расспросов Паша изящно уклонился, бил челом перед молодой женой и упросил-таки её усыновить мальчика. И было у Паши и Шуры трое детей — Эрик, Серёжа и Володя. Да, после войны Паша, пристыжённый образованностью жены (историк-этнограф плюс музейное дело), пошёл учиться, осилил в два года среднюю школу, поступил в институт, почти экстерном выучился в сельхозакадемии на "специалиста масштабных заготовительных работ" (самолично видела эту формулировку в дедовом дипломе), неведомым образом попал на работу в главк (дед говорил: "Ну не свезло..."), всю жизнь просидел в Москве, руководил полчищами грибников, травников и охотников и сам зверски рвался "в угодья". Говорил, что неоднократно устраивал охоту "для нужных людей". Работал он до конца жизни; десять лет назад [в 2001 году] бабушка таки заставила его выйти на пенсию и увезла на природу, в тёплый дачный дом; но и туда почти ежедневно мотались курьеры с консультационной перепиской. Умер дед Паша два года назад [в 2009 году] совершенно неожиданно. Ну и что, что 87 лет человеку было. Сходил за грибами, лёг подремать и не проснулся... А на его прежней работе вот недавно установили деду памятный бюст, я была на открытии. Написали на табличке "Ильин Павел Моисеевич, выдающийся природовед СССР и России", что прикольно, но неправда. И прищур у дедова бюста иронический такой, камчатский... Да, с фамилиями у моих еврейских родственников смешно получилось. Они вообще-то Демидовичи; но прадед мой, уехав совершать революционные подвиги, фамилию сменил на русскую и сделался почему-то Ильин. Сколько раз и какими хитрыми зюзелями приходилось родичам доказывать родство — не пересчитать; и уже будучи на пенсии, дед не выдержал, дал кому-то на лапу, и сделали таки свидетельство о смене прадедом фамилии.

Следующая простыня про цыганскую родню, то есть родню с материнской стороны. Они революцию не особо заметили. Если бы в крупном городе жили — тогда да; а так-то глушь была. Как ездили женщины на заработки в Москву — так и ездили, только заработки стали меньше, и попасть под чью-нибудь горячую руку можно было с большей вероятностью. Правда, прадед мой баро Филипп, человек предусмотрительный и даже осторожный, насколько этими качествами может владеть цыган, взял-таки в заводе хорошего коника, свёл в Москву и кому-то там подарил с поклонами. И денег ещё добавил. И договорился о поставке нескольких лошадок в год — трёх-четырёх примерно — для нужд Красной армии. И наши выселки новая власть долго не трогала. В соседних русских деревнях, даже в Ивановке, что через овраг и где школа была, чистки были и продразверстка вроде как. А нас типа не было. А в тридцатые годы пришли насчёт конного заводика. Причём по-хорошему пришли, с извинениями. Мол, всё понимаем, и заслуги учитываем, и уважаем ваше рвение помочь армии, но частный заводик в эпоху коллективизации — это как-то прямо неудобно, портит статистику и вообще. Баро Филипп гостей принял, говорят, радушно, накрыл поляну и был всецело согласен, что частный заводик портит внешний вид пятилетки и вааще. В общем, гостей всячески звали заезжать ещё, а заводик по бумагам стал государственной собственностью, вошёл в какой-то там реестр и обзавёлся красным директором по имени Деметр Иван Филиппович. Филиппович, ага. Надо сказать, что баро Филипп сам сильно портил цыганскую статистику, потому что у него было всего два сына, этот самый Иван и мой дед Сергей (ага, зато старший родил девять дочерей, а младший так вообще двенадцать, да ещё в войну взял приёмного мальчика). Не знаю, что уж там произошло между отцом и братьями — тётки говорят, что Иван и Сергей вроде как не поделили одну красавицу — но Сергей внезапно сорвался с табора и уехал в Москву. Было это в тридцать седьмом году. И устроился работать конюхом на создаваемой как раз ВСХВ, в павильоне коневодства. И так удачно устроился, что через год, к открытию выставки, был уже заведующим)) Надо сказать, что дед Иван, прознав про это, моментально с братом помирился)) И пришлось Сергею Филипповичу в качестве заведующего павильонным хозяйством взаимодействовать с мелким заводиком упаковки, что был в селе Медведково. И познакомился он с тамошней заместительницей заведующего, Лемпари Ядвигой свет Викентьевной двадцати одного года от роду. И сразу после этого дал телеграмму отцу, что, похоже, в ближайшее время женится (сия телеграмма сохранилась).
История бабушки Ядвиги тоже забавна. Она происходит из прибалтийских цыган. Ходили себе люди дорогами примерно по Латвии, никому особо не мешали... А потом дёрнули черти их баро привести табор в Россию. Как раз в начале тридцатых. И не удержал он народ вместе, рассыпало их по разным городам. Бабушкин отец вроде как был арестован, видимо, за воровство; а Ядзя с какими-то знакомыми приехала в Москву. Эти же знакомые пристроили её работать на этот заводик — сначала для виду, потому как бабушка мощно владела силой, лечить умела, людей находить по вещам, да и много ещё что. Знакомые эти, похоже, решили, что девочка — золотое дно; устроить её лечить нужных людей — и греби благодарность лопатой, потому что цыгане добра не забывают. Только знакомые эти как-то быстро пропали в неизвестность, что бабушку совершенно не удивило. Она говорила: "Знаю, что выслали, и всё". А упаковочный заводик в полтора рабочих и одну старушку-директора как-то лёг бабушке на душу. И она его вытянула. На одной харизме, подозреваю. И ремонт сделали за государственный счёт, и договора о поставках пошли, и штат укрупнился. Хотя молоденькая цыганская девочка на всяких производственных управленческих собраниях смотрелась очень забавно, если по фотографиям судить. Бабушка ради заводика даже в партию вступила (как она потом говорила), и хоть все знали, что она силой пользуется, гадает и ездит травы собирать, никому это не помешало её в оную партию рекомендовать. И как раз подвернулся дед. Замуж бабушка выходила не по любви — очень уж свой дом хотелось. Но с дедом они всегда жили хорошо; впрочем, это была семья трудоголиков, им некогда было ругаться. Дети пошли быстро, и все девки. И целых четыре двойни. Старшая из дочерей, Лида-старшая, никогда не работала, растила младших и занималась домом. А в войну дед ушёл на фронт. И был в том самом конном корпусе генерала Доватора. Только война для деда закончилась рано, был комиссован по тяжёлому ранению. Вернулся, привёз с собой приёмного мальчика Лёню и обнаружил, что к ним с Ядзей переехал баро Филипп. Прадед долго не прожил и назначил деда своим наследником, отдал перстень родовой, завещал передать достойному из детей или внуков. А с роднёй со стороны деда Ивана с тех пор — как отрезало; только я начала с ними снова общаться. И до сих пор им обидно, что старшей ветви предпочли младшую.

Дальше разговор как-то стух, и про более младшее поколение рассказать не пришлось. Возможно, потом допишу ещё пару простыней.

Comments

[gorgulenok]

Эн, а чем до революции еврейские предки занимались, если не секрет?

Я про московскую общину ничего совсем не знаю, мои были родом из Полтавы.

[aena_alone]

А московская община начала складываться поздно, уже после отмены черты осёдлости. Поэтому она рыхлая и разнородная, кто откуда приехал — тот такой и есть.

Прапрапрадед мой шил, как бог)) Строил брюки и сюртуки на сложную фигуру, да так, что они сидели идеально. По семейной легенде, однажды московский генерал-губернатор был с визитом в Новгороде-Северском, и ему рассказали про некоего Хаима из Глухова, у которого одевается весь бомонд. Генерал-губернатор посмотрел на штанцы местного городского головы... и выписал себе этого Хаима с семьёй. Так в Москве на Большой Дмитровке появился типичный местечковый еврейский портной)) Дело быстро пошло в гору — ещё бы, с таким основным клиентом — Хаим поднялся, завёл вывеску, приставил к делу жену и дочь, нанял подручных, и когда пошли внуки, уже имел дачку в модной местности Лосинка. Туда-то в революцию вся семья и переехала — в центре Москвы было жить страшновато.

[gorgulenok]

И судя по результатам, очень правильно сделала, что переехала.
Вообще Лосинка внезапно была тихим таким местом, кого я знаю оттуда - никого не брали, притом что поводов было завались. То есть наверняка вообще в принципе брали везде, и там тоже, но там как будто по ощущениям было с этим полегче.

То есть как вы на северо-восток перебрались, так в тех краях и живете?

[aena_alone]

Да, так и живём. Отцовская сторона дооолго жила в своём "штетле на мыске", то есть там, где современная Радужная улица переходит в современную Коминтерна. Потом, когда это место застраивали, всем дали квартиры в том же районе. А родня с материнской стороны, которые перебрались в город из деревни, жили с другой стороны линии, на современном Хибинском, в жутеньких самостройных сараях, как и все таборные московские цыгане. Потом их оттуда согнали, и они перебрались в городок Института Пути. А бабушкин заводик был рядом с санаторием "Светлана", на Джамгаровке. Она туда на велосипеде ездила))

[gorgulenok]

С ума сойти :))) Знакомые все места )) Сейчас мы когда с мужем там гуляем, то через все через них идем - по Коминтерна, на Лосиноостровской через пути, дальше по Хибинскому, по тропинке через дворы на Палехскую (кстати, не знаешь, почему там такая нумерация домов дикая?).

Мои родные (не еврейская ветка, а другие) одно время жили в бараке на Северянке, но когда я родилась, уже давно перебрались в Останкино, так что я туда только гулять ходила.

[aena_alone]

Знаю)) Там дома в разное время строились. На месте домов 11 и 13 раньше была небольшая промзона, какие-то железки там клепали. И чот они плотно там сидели, никак не хотели съезжать, поэтому крайние корпуса девятых домов воткнули после промзоны. А потом их таки снесли, и на это место впихнули два дома. А девятки так и остались))

Мы тоже раньше в бараке жили. В смысле уже я с родителями, не деды и бабки. Когда папа женился, ему дали комнату в коммуналке на проезде Серебрякова. Это как раз и был типичный московский барак на два этажа с мезонинчиком. На территории теперешней усадьбы Свиблово стоял. У меня тут даже был смешной пост про эту коммуналку, во: https://aena-alone.dreamwidth.org/194426.html

[gorgulenok]

Ага, вот я что-то такое и подозревала - что почему-то улица не одновременно застраивалась :)
Спасибочки ))
Там еще есть один дом с загадочной квартирой, где окно на балкон заколочено снаружи (то есть те, кто заколачивал, не могли технически потом уйти через квартиру, они должны были каким-то образом слезть с балкона снаружи) и где окно кухни забито внутри бутылками, но я подозреваю, это никто знать не может, ни старожилы района, ни соседи :( Хотя дико интересно. Я даже думала, не устроиться ли какие-нибудь предвыборные агитации разносить, чтобы был предлог в эту квартиру постучаться и посмотреть, что ответят.

Блин, история про Брежнева в трубке охуенная ))))) Как ты там от ужаса не померла на месте )) Хотя знаю как - не та жизнь была, чтобы от ужаса помирать, тогда помереть были другие поводы.
Я такие бараки снаружи видела, внутри никогда не была.
Мне их отчасти дико жалко, хотя я подозреваю, что в бытовом смысле жизнь там была очень неудобная. Но они очень такая характерная часть жизни той прежней Москвы.
Я в детстве жила в коммуналке в бывшем особняке на Смоленском, но это другое.

[aena_alone]

Да нормальная тогда была жизнь, поводов помирать как-то не было)) Ужасность советского времени немножко преувеличена)) Хотя СМЕКАЛОЧКА(ТМ) требовалась на каждом шагу, конечно, и иногда это заёбывало.

Не, в этом варианте бараков нормально было. И помыться-постирать можно было прям в квартире, и сортир нормальный, и печки в каждой комнате. Кухня была маловата на такое количество комнат — это да. И каждую зиму был аттракцион "найди свечкой новые щели в стенах и зверски заткни паклей". И постиранное приходилось сушить на улице, и вещи иногда пропадали. Но в бараках старого образца было гораздо хуже, я была в таком в гостях в Кузьминках. Сортир на улице, мыться в бане (или на кухне в тазике), стирать в общественной прачечной (или вручную под краном), печки на две комнаты... брр, пипец.

[gorgulenok]

Кстати, а ты какого года, если опять же не секрет?
Я сейчас осознала, что хотя в теории я застала Брежнева, я 78-го, на самом деле первый генсек, которого я хорошо помню, - это уже Андропов. То есть ты меня хорошо так старше.
У меня от тех времен самые яркие воспоминания - это в основном эпопея с застуженными в детсаду почками и местные сумасшедшие в количестве. Не знаю, куда они потом подевались, но почему-то тогда, именно в 80-х, сумасшедших было какое-то дикое количество. Хотя, может, мне на них просто особо везло.

Я бывала потом в коммуналках, отчасти на твой барак по описанию похожих, - когда все комнаты выходят в длинный холл, он же кухня. Но там дом был изначально не как барак построен, а опять же переделан из бывшего монастыря. И там газ был подведен уже - ну, это совсем другие времена были.
Крысы еще, мне кажется, почти неизбежное зло в таких домах.

[aena_alone]

Семидесятого я года.
При Андропове позакрывали кучу ПНИ, потому и было дофига сумасшедших. Опасных свезли в кучку в оставшиеся интернаты, а неагрессивных типа — выпустили. Черненко эту глупость откатил взад, на воле оставили только социализировавшихся и работающих.

А у нас крыс не было, кстати. Потому что мусор вывозился нормально. В восьмидесятые этот момент попытался было провиснуть, но мужики из нашего усадебного анклавчика (папка мой там тоже участвовал) прикатили несколько полных баков к дверям ЖЭКа, да там и вывалили. Намёк был понят))

[gorgulenok]

А, вон оно как, про ПНИ я не знала. В общем, большая часть их действительно на людей не бросалась, у нас в доме один только периодически бегал с топором - по меркам ПНИ он, может, был и неагрессивный, там-то ему топор наверняка не давали. Вроде еще был какой-то с ножницами, взрослые говорили, но его я не помню.

Офигеть, а мне как-то казалось, что примерно ровесницы, ну ты чуть постарше - но не на восемь лет.

С мусором шикарно )))

[aena_alone]

Так восемь лет разницы — это уже и есть почти ровесницы)) Мелочь же))

У меня с женой разница в шестнадцать лет, и ничего, понимаем друг друга прекрасно.

[gorgulenok]

На самом деле да. Я же сама своего мужа старше на восемь лет, и у меня абсолютно нет ощущения, что я его как-то там намного старше ))

Правда, вот сестра меня младше на пятнадцать, и с ней я разницу ощущаю. Но возможно, дело тут не в возрасте, а в том, что она уже в другой стране родилась.